bottom
Афины
Курс валют:

Афрогреки о расизме в Греции

10.08.2020
22:54
UTC+03:00

Проблема расизма, хоть и порой тщательно скрываемая, к сожалению, жива и в греческом обществе. Пятеро афрогреков рассказали изданию Ta Nea о том, как другой цвет кожи может стать достаточным основанием для оскорблений, задержаний и косых взглядов.

Адис Десу, 30 лет, театровед

«Отношения, которые мы создаем, намного сильнее чего бы то ни было»

Меня зовут Адис, я родом из Эфиопии. Живу в Афинах 25 из 30 лет моей жизни, и моя любовь к этой стране основана на моих отношениях с ее народом. С людьми, которые приютили меня у себя. Теми, с кем мы делили стол в Пасху под звуки традиционного кларнета и с той же радостью отмечали 11 сентября эфиопский Новый год. С людьми, которые провели долгие часы в государственной службе, выдающей желанный вид на жительство, — просто за компанию.

Это те, кто не понимает, как могут сегодня до сих пор звучать расистские комментарии только по причине цвета кожи, и реагирует на них, потому что просто не принимает.

Они даже приезжали в Аддис-Абебу, чтобы глубже познакомиться с моей страной и моей культурой!

Однако они не единственная сторона медали — очевидно, есть и обратная. Расизм существует в большем количестве мест, чем вы можете себе представить, и все еще имеет очень глубокие корни. К сожалению, еще одно убийство, случившееся пару месяцев назад, вновь вернуло эту проблему на поверхность — и самым жестоким образом.

Лично я выбираю выступать против этого насилия. Отношения, которые мы создаем, намного сильнее чего бы то ни было, потому что именно с их помощью каждый из нас преодолевает преграды».

 

Кассим Лигопора, 25 лет, футболист

«С опущенными головами и сердцами, полными печали»

Прискорбно и очень горько, что в 2020 году продолжают возникать такие формы расизма. Представьте, если такие действия могут быть направлены против Янниса (Адетокумбо. Недавно сотрудник Министерства образования Греции Константинос Калемис был уволен за расистские комментарии в адрес баскетболиста. — Прим. ред.) — самого ценного игрока НБА, который почитает Грецию и рекламирует ее на самом высоком уровне, — то что происходит с нами, остальными? Не могу не вспомнить период мощного увеличения партии Χρυσή Αυγή. Ее сторонники выражали свои взгляды вульгарными речами и манерами. Само общество, казалось, поддерживало их, хотя и знало, что их взгляды доходили до полного абсурда. Это очень меня разочаровывало.

В частности, я помню, что в период Рамадана я с друзьями отправился поесть и посмотреть футбольный матч. На обратном пути нас остановила полиция с проверкой документов. Как назло, у меня и еще одного парня не было с собой паспортов. Я наивно полагал, что разговор и сила речи помогут, но, к сожалению, этого не произошло. Не имея другого выхода, мы отправились в изолятор — как преступники. Во время этой худшей в моей жизни поездки я не мог поверить, что существуют полицейские, без стыда выражающие столь вульгарные взгляды.

Мы немедленно связались с родителями, которые, к счастью,  привезли необходимые документы — после нескольких часов ожидания и мучений мы уехали. С опущенными головами и сердцами, полными печали и разочарования.

 

Эва Вогли, 18лет, музыкант

«Я была черным бастардом с белой матерью»

Я родилась в Голландии у матери-гречанки и отца-африканца и приехала в Грецию, когда мне было три года. Тогда я начала чувствовать разницу. Когда я пошла в греческую школу, никто не хотел дружить со мной, за небольшим исключением. Даже учительница не принимала меня.

В 13 лет я переехала на остров (название не скажу). И там ничего не изменилось. Остров был настолько небольшим, а население настолько мало, что все жители были в какой-то степени родственниками.

Было ясно, что меня никто там не примет, потому что я «черный бастард с белой матерью», да и то, что я принадлежала к неполной семье, тоже не помогало спастись от нападок. Я не могла никому довериться, а когда сделала это, столкнулась с публичными насмешками и поняла, что совершила ошибку. Всю юность я чувствовала себя одинокой и ненужной.

Повзрослев, к счастью, я поняла, что недостаток образования, рационального мышления и человечности (которые ведут к расизму) — это проблемы, которые проистекают из семьи, потому что такие родители не в состоянии воспитывать своих детей правильно. Я не думаю, что расизм возник с каким-либо веским мотивом. Люди ненавидят то, что ты не можешь изменить или выбрать, а это может принести только боль и насилие.   

 

Несторас Комматос, 43 года, баскетболист

«Дискриминация расцветает в нищете»

Воспоминаний очень много. Моя мать приехала из Гайаны в 1976-м, и через год родился я. Помню людей, которые странно смотрели на нас и обсуждали даже в церкви. Все это казалось мне странным. Я не понимал почему.

Однако, возможно, именно это стало причиной того, что я не соглашался на невыгодную работу только из-за цвета моей кожи, никогда не жертвовал собой.  А также никогда не считал это характеристикой — это лишь цвет моей кожи. Он не делаем меня лучше или хуже. Я советую молодежи, сталкивающейся с расистским поведением: не оставляйте это — реагируйте!

В 80–90-е времена были еще «хардкорнее». Тогда, если я говорил, что подвергаюсь расистским нападкам, мне говорили, что у меня… мания преследования. Никто не ожидал, что в 2020 году расизм обнаружит себя в Греции. Это должно наконец измениться. Это немыслимо для страны, распространяющей культуру!

Я могу понять стариков в заброшенной деревне, которые на меня смотрят странно, изучая, «потому что я черный». Но со стороны молодежи я этого не понимаю и не принимаю. Расизм и дискриминация расцветают в нищете.

То, что случилось недавно с Адетокумбо, — повод снова задуматься о проблеме расизма. Если такое произошло с мировым топ-игроком, представьте, как пострадали другие, «безымянные».

 

Элени Амбия Джанга, 29 лет, актриса

«Замкнутая сеть, которую не разорвать»

Когда я была маленькой, кем только не хотела быть. Я постоянно мечтала. В голове прокручивала множество сценариев, чувствовала себя такой свободной! Когда я сочиняла истории, мне было интересно, насколько правдивыми они могут стать, каких средств, сколько смелости и отваги они требуют. Мы с братьями ставили сценки из произведений и показывали их на площадях.

Позже в театральной школе я пришла к выводу, что я не такая, как другие. Я ежедневно испытывала стресс, связанный с моей внешностью. Подростковый возраст был периодом самозащиты: чем меньше меня было видно, тем лучше.

Во взрослом возрасте, решив, что столкнусь с предвзятостью при поиске работы, я начала действовать решительно, но меня не хватило надолго. Я увидела перед собой удивление, осуждение и в конечном счете отказ.

Я искала свои корни и доступным мне фантазийным способом смогла заново создать мир, будущее персонажа, прожить его ошибки и радости, войти в его эмоциональный мир. Я могла бы даже определить его происхождение или сделать его человеком без гражданства и пола. То, чего не делают греческие художники. Они не воображают за рамками стандартов: черные врачи, феи, учителя, воины, герои, госслужащие… Научная фантастика. По прошествии стольких лет они все еще отрицают это. Быстро сочиняют произведения каждый год — замкнутая сеть, которую не разорвать.

Время от времени черные персонажи появляются на телевидении, в театре, но всегда в виде клише, на второстепенных позициях — рядом с импозантным другом или работодателем. Не потому, что не могут, а потому, что это будет слишком, как предполагается, для общества. Это то, что оно нечасто видит, а потому будет удивлено.







top
На этой странице используются cookies. Для продолжения просмотра страницы дайте согласие на использование cookies. Подробнее › Соглашаюсь
 Присоединяйтесь к намЗакрыть